16+
Русский язык English RSS RSS   28 Февраля 2013, 09:37
На главную




Актуально
Глава Рослесхоза: «Инвестиции в лесной сектор могут вырасти в пять раз» Глава Рослесхоза: «Инвестиции в лесной сектор могут вырасти в пять раз»

В настоящее время доля лесной отрасли в ВВП России составляет чуть более 1%

В Москве начал работу Всероссийский форум работников лесного сектора В Москве начал работу Всероссийский форум работников лесного сектора

В форуме участвуют свыше 1,5 тысячи работников лесного хозяйства страны

В Брянской области откроется завод по производству ламинированных ДСП В Брянской области откроется завод по производству ламинированных ДСП

Стоимость инвестиционного проекта оценивается в 3,3 миллиарда рублей




Новости

Доить, как в Финляндии, а кормить, как в России
Леса занимают больше половины площади страны, но вблизи промышленных центров рубить уже нечего 22.02.2013, 11:48

Доить, как в Финляндии, а кормить, как в России


Когда от слов об интенсификации ЛПК перейдет к делу?

Россия гордо носит звание мировой лесной державы, обладая самыми большими запасами леса на земле. Звучит парадоксально – но в то же время лесопромышленные гиганты страны заявляют о дефиците сырья. Вокруг перерабатывающих предприятий уже почти не осталось хороших делянок, и возить лес приходится почти за сотни километров.

Запасы спелой древесины в стране превышают 80 миллиардов кубометров, в то время как в год вырубается едва 20 миллионов кубометров. И если в России с 1 гектара леса в среднем получают только 1 кубометр древесины, в аналогичных природных условиях Скандинавии и Северной Америки получают и 4, и 6, и даже 8 кубометров древесины с гектара. Почему, например, в Финляндии, территория которой в 50 раз меньше Российской Федерации, в год умудряются заготавливать в 2,5 раза больше леса, чем в нашей стране? Почему в России, половину площади которой занимают леса, леса все-таки не хватает?

Сегодня промышленники в голос заговорили о дефиците сырья, необходимости осваивать новые территории и  строительстве дорог. Директор по связям с государственными структурами Архангельского ЦБК Наталья Пинягина признается, в кризисной ситуации оказались почти все производства. Вдоль существующих магистралей лес вырублен и практически нет хорошего хвойного пиловочника. Комбинаты несут серьезные убытки. Лесовосстановительные работы тормозит недостаток посадочного материала, потому что лесосеменные центры сегодня есть еще не во всех регионах. Строительство же собственных питомников требует от частных предприятий больших вложений, на которые готовы не все. Бизнес изогнулся в позу просителя и теперь уповает только на господдержку. Потому как продвижение вглубь леса и затраты серьезных средств на строительство дорог, а позже на вывоз лесоматериалов с отдаленного участка попросту разорят его.

Более крупные предприятия, не успевшие еще почувствовать на себе последствий кризисных явлений, предпочитают самостоятельно и заблаговременно искать путь обогнуть неприятности. Производящая 65% всей российской целлюлозно-бумажной продукции корпорация «Группа «Илим», офисы которой успешно работают в Ленинградской, Иркутской и Архангельской областях, уже вкладывает серьезные средства в восстановление леса (кстати, сегодня в аренде у «Илима» почти шесть миллионов гектаров). Однако, по мнению Ильи Вервейко, заместителя директора по лесной стратегии ОАО «Группа «Илим», эта полумера не исправит ситуацию, нужно менять подход к лесопользованию в целом.

– Опыт других компаний, которые ведут лесопользование вокруг своих перерабатывающих предприятий более длительное время, чем «Илим», показывает – при существующей практике лесопользования такого дефицита сырья не избежать. Поэтому сегодня необходим переход на другую модель ведения лесного хозяйства, – считает г-н Вервейко.

О необходимости перехода с экстенсивной на интенсивную систему хозяйствования в лесу сегодня говорят не только промышленники, но и лесоводы, и ученые. Однако каждая из сторон «видит» долгожданную реформу по-своему. Виной всему, считают эксперты, разность целей и задач бизнеса и государства.

По словам заместителя руководителя Рослесхоза Николая Кротова, все 15 крупных отечественных ЦБК, работающих в настоящее время на территории страны, поднимают вопрос о повышении интенсификации лесопользования, а именно – о получении максимального результата с гектара земли. Однако, по мнению Кротова, в первую очередь, интенсификация должна быть направлена на воспроизводство утраченных лесов, модернизацию технического оборудования, а уже потом на дорогостоящее освоение новых удаленных участков лесфонда. Лесоводов настораживает, что под термином «интенсификация» бизнес все еще понимает «усиленное использование лесов».

– В понимании Федерального агентства лесного хозяйства речь идет не об интенсивном лесопользовании, а об интенсивном ведении лесного хозяйства, которое понимается как комплекс мер, направленных на то, чтобы при снятии большего урожая с одного гектара точно так же интенсивно производились меры, чтобы на этом гектаре восстанавливалась лесная среда, – говорит Кротов. – Бизнес же преследует только одну цель – достижение прибыли. То есть, бизнес говорит – давайте мы будем делать рубки с большей интенсивностью, что позволит нам резко увеличить ежегодный прирост. Но при этом почему-то бизнес забывает, как Финляндия подходит к вопросу восстановления лесов  – там используются семена только улучшенного качества, 80% используемых саженцев – с закрытой корневой системой, и посадки выполняются на 100 процентов. Упрощенно говоря, подход нашего бизнеса такой – давайте корову будем доить 3 раза в день, как в Финляндии, а кормить будем, как в России, один раз.

Заместитель директора по лесной стратегии ОАО «Группа «Илим» Илья Вервейко приводит пример скандинавских стран, где установлена возможность проведения финальной рубки по достижении определенного диаметра насаждений, а не возраста, как в России. Наш предприниматель, как бы он ни вел лесное хозяйство и ни выполнял хозяйственные мероприятия, не имеете права проводить финальную рубку деревьев моложе 100 лет. «Таким образом, – сетует Вервейко, – желание выращивать растение у лесопользователя отсутствует».

Производственники предлагают устанавливать не возраст насаждений, а определенный средний диаметр. Если путем хозяйственных мероприятий арендатору удалось раньше вырастить дерево с такими параметрами, то он может получить право рубки через 60-80 лет.

Однако Рослесхоз не разделяет эту идею промышленников. Чиновники опасаются, что, отменив возрастной критерий рубки, они не решат проблему восстановления леса, а лишь снимут запрет на 60-летние деревья. Таким образом, государство откроет арендаторам путь к новому ресурсу, ничего не получив взамен.

Начальник Управления лесопользования и воспроизводства лесов Рослесхоза Александр Мариев рассказал и о другом варианте, который предлагают руководства предприятий – вовлечение в пользование защитных лесов.

– Это происходит либо путем формулировки новых нормативов, чтобы защитные леса попадали в эксплуатацию, либо путем разрешения не сплошных, а выборочных рубок в защитных лесах. Тогда под видом формирования ценных свойств этих лесов оттуда все-таки изымается товарная продукция, т.е. круглые лесоматериалы.

Рослесхоз, настаивает: если изучать зарубежный опыт, то делать это всесторонне, а не выборочно. Та же Скандинавия много лет проблему дефицита сырья решала за счет переработки низкосортной древесины. «Почему бы и российским предпринимателям не сделать то же самое», – недоумевает руководитель Департамента лесного хозяйства по СЗФО Андрей Карпилович.

– Как у нас сейчас происходит: мы берем самое вкусное, деловую древесину, распиливаем, отдаем на экспорт и потом говорим, все, у нас нет сырья никакого. У финнов это пройденный этап. Они тоже это проходили. Тоже увидели, что деловой древесины не хватает. Стали заниматься низкосортной. Если у нас есть низкосортная древесина, давайте на ней работать. Шаги в этом направлении сделала «International Paper», предприятие Ленинградской области. У них целая линия по низкосортной древесине. Они получают прекрасные результаты и прекрасный продукт, – говорит Карпилович.

Со своей стороны, чиновники предлагают разработать правила интенсификации для каждого из тридцати районов, на которые поделен лесфонд. «На тех территориях, где экстенсивная модель дошла до предела (т.е. расстояние между местом заготовки сырья и его переработки сильно увеличилось), нужно разрабатывать такие правила, которые позволят интенсифицировать лесопользование», – считает Александр Мариев. Он уверен, адресная политика, ориентированная на конкретный регион, учитывающая его особенности, позволит более активно выращивать лес, создавать лесные культуры, проводить уходы так, чтобы это давало результат, в том числе экономический. Впрочем, видимый минус этого предложения – временные затраты. На разработку проекта интенсификации только одного района потребуется целый год. В своем выступлении Мариев определил позицию Рослесхоза и в отношении лесовосстановительных работ, которые промышленники обязаны проводить на арендованных участках.

– Мы за снижение себестоимости создания лесных культур, воспроизводства лесов, – говорит Мариев.

– Мы никогда не настаивали, чтобы на это были потрачены какие-то огромные деньги. Главное, чтобы это было эффективно и лес на территориях лесозаготовителей появился. Затраты должны быть минимальными. Наша задача – создать и узаконить такие методы, которые были бы удобны для арендатора. Например, если для посадки промышленник покупает дорогой лесоматериал с закрытой корневой системой, то мы должны ему дать такой норматив, чтобы он сажал этих саженцев в два раза меньше на единицу площади по  сравнению с более дешевыми, классическими, с открытой корневой системой, которые погибают в 70% случаях. Если сегодня норматив составляет 4,5 штук саженцев на гектар, то для закрытой корневой системы он будет 1,5 тысячи штук.

В качестве успешного арендатора Мариев назвал сыктывкарский ЛПК «Mondy», использующий для посадки самые дорогие саженцы. Ежегодно сумма затрат предприятия на лесовосстановление в целом выходит небольшая, тогда как эффективность достаточно высокая. Альтруизм здесь ни при чем, понимающе улыбается чиновник, все дело в точном экономическом расчете.  

Российские ученые, много лет изучавшие мировой опыт ведения лесного хозяйства, предлагают позаимствовать наиболее радикальные методы воздействия на арендатора, который рубит, но не спешит восстанавливать насаждения. Профессор Анатолий Петров считает, что нужно узаконить финансовую ответственность бизнеса за арендованную территорию. Тогда у предпринимателя появится стимул заботиться о благополучии своего лесного участка и проводить на нем хозяйственные мероприятия.

– У нас ответственность арендатора, которого государство везде восхваляет, заканчивается только объемом заготовки леса, – комментирует Анатолий Петров. – Тогда как проект освоения лесов, который должен делать промышленник, должен заканчиваться мероприятиями на весь период воспроизводства лесов с оценкой конечного результата.  То есть, мы должны знать, что арендатор там вырубил и что через 50 лет там будет то-то, через 80 – то-то, через 100 – то-то и такой-то доход. Сегодня у нас восстановление измеряется посадкой: когда деревце появилось, говорят, все в порядке. Но истинное восстановление будет тогда, когда эти деревья сомкнулись и получился молодняк! На это нужно 10-12 лет. Реальный же результат я знаю – от посаженных молодняков, остается где-то 15%. Получается, что лес только на бумаге, а в реальности его нет.  Поэтому результат должен приниматься только в виде молодняков!

Кроме того, Анатолий Петров предлагает сдавать в аренду на особых условиях неосвоенные леса. В этом случае промышленник будет сам строить дорогу и только затем вести на этом участке лесозаготовительные работы.

– Нужно вносить поправки в законы. Сегодня нигде в мире нельзя взять лес, не вложив деньги. Сначала компания вкладывает средства в дорогу, а потом уже занимается лесовосстановлением. У нас же – лес берут, а вложений за последние 20 лет нет и дорог нет.

Профессор ВИПКЛХ не исключает и альтернативный вариант ведения лесного хозяйства, крайне непопулярный в среде чиновников – это продажа участков в частную собственность. Ученый приводит цифры: Финляндия сегодня доверяет частникам 80 процентов лесной территории страны, Швеция – 70 процентов. И такая практика уже принесла неплохие результаты. Ежегодно лесная отрасль Суоми заключает порядка 120 тысяч сделок. Тогда как Россия – всего 40 тысяч.  Отдавать лес в руки собственника наше государство пока не рискует, предпочитая само контролировать все земли отечественного лесфонда. Между тем Анатолий Петров уверен, что у арендатора никогда не будет такого сильного интереса вести хозяйство на участке, какой обнаруживается у собственника.
Такой подход, понятное дело, имеет и оппонентов, которые опасаются со стороны частника злоупотреблений. Ведь, если хозяин лесного участка станет нарушать экологические нормы, призвать его к ответственности будет невозможно.

К радикальным предложениям Рослесхоз пока относится с осторожностью, но в целом пересмотреть свои отношения с арендаторами лесных участков считает необходимым. В этой области, по словам начальника Управления лесопользования и воспроизводства лесов Александра Мариева, важную роль играет переход на единый товарно-денежный язык.

– Сейчас, к сожалению, мы передаем в пользование лесные участки в гектарах. Однако потом, когда считаем сумму, которую должны заплатить за лесные участки, мы переходим к теме объемов древесины, к кубометрам. Но древесина у нас – крупная, мелкая и средняя, а это не экономические термины, не рыночные. Рынок же считает в кубометрах, причем сортименты, конкретные породы – сосну, ель, осину – и товарные ценности – пиловочник, баланс, дрова. Нестыковка заложена уже в терминах.

Со своей стороны, арендаторы тоже выступают за коммуникационное сближение. Они предлагают привести к единообразию и сами параметры, по которым определяется сегодня ведение лесного хозяйства. Заместитель директора по лесной стратегии ОАО «Группа «Илим» Илья Вервейко считает, что нормативы по воспроизводству лесов, которые сейчас существуют, минимальным образом увязаны в технологическую цепочку. То есть, существуют правила рубки, ухода и восстановления, но это все отдельные документы, и они никак между собою не увязаны.

– Мы не понимаем, к чему то или иное предприятие приведет потом. Например, регламентирующим параметром сегодня является густота древостоя. На каждом возрастном периоде мы должны знать, какая густота должна быть, и регулировать ее. Но в нынешних нормативах вообще такого понятия нет, как густота насаждения.

Диалог сторон продолжается. И в этой ситуации уже очевидно, одним из важнейших завоеваний стартующей интенсификации будет неминуемое сближение отраслей лесного хозяйства и лесной промышленности.  В противном случае ни у той, ни у другой, считают эксперты, нет будущего в жестких условиях рынка. Тем более теперь, когда Россия – полноправный член ВТО и отечественные прилавки заполняют зарубежные лесоматериалы, техника и бумага.  Эту же мысль подтверждают и ученые, считая, что процветать лесное хозяйство будет лишь тогда, когда станет сильной лесная промышленность. А значит, проводить реформу государство и бизнес должны в диалоге, поэтапно, опираясь на господдержку, инвестиции и, конечно, обязательства и капитал самих промышленников.

Профессор ВИПКЛХ Анатолий Петров уверенно говорит о выходе лесной отрасли из кризиса при выполнении трех условий: если России удастся увеличить спрос на продукцию из лесоматериалов, создать внутреннюю конкуренцию и повысить финансовую ответственность бизнеса за арендуемые территории.

– Сегодня все удивляются Финляндии. Но финское лесное хозяйство расцвело тогда, когда была востребована финская лесная промышленность. Тридцать лет назад там не было промышленности. Финны были в такой ситуации, как сегодня Россия. Они создали программу лесной промышленности, стали ее развивать и получили огромные деньги от мировых банков. Спрос стал определять, сколько надо рубить. А дальше возникла уже потребность в лесном хозяйстве, а именно – в выращивании древесины и ее сохранении. Вот такой должен быть порядок, если мы хотим эту проблему решить.

По самым оптимистичным расчетам, результаты интенсификации российское лесное хозяйство сможет почувствовать только через пять лет. Но это только в том случае, если механизмы реформы заработают уже завтра.

Анастасия ПОЛЕВАЯ


Распечатать

← вернуться к списку



Ни метра назад Ни метра назад

Виктор Масляков: «Основные принципы Лесного кодекса прижились и восприняты позитивно»

Оборот - под контроль Оборот - под контроль

Власти Амурской области просят вернуть авиации деньги и принять закон об обороте «кругляка»

Исключение угрозы Исключение угрозы

В Подмосковье решили, что откладывать решение проблемы лесов вокруг столицы больше нельзя



Александр Мариев Александр Мариев

Мы пошли на риски, предоставляя бизнесу льготы

Наталья Пинягина Наталья Пинягина

Техническая база деградирует

Николай Петрунин Николай Петрунин

Нельзя отделять лесное хозяйство от лесопромышленного комплекса

«Нужен не процесс, а результат» «Нужен не процесс, а результат»

Интенсивное лесное хозяйство начнется с вменяемых нормативов

«Мы задерживаем - их отпускают» «Мы задерживаем - их отпускают»

Почему Фемида лояльна к «черным» лесорубам?

Инспектору поможет видеокамера Инспектору поможет видеокамера

Мурманские лесничие учатся собирать доказательства

Царь тайги для денежных мешков Царь тайги для денежных мешков

Деревья «без паспорта и прописки» оказались беззащитными

«Лес - посол России» «Лес - посол России»

Как будет представлена отрасль на международном уровне в Год охраны окружающей среды

Близко не подходить! Близко не подходить!

После встречи с разъяренным от голода сохатым пожилой лыжник попал в реанимацию

Инвестиционные тупики Инвестиционные тупики

«Приоритетные» инвесторы рубят быстрее, чем строят?

Такого еще не видели Такого еще не видели

На Х Красноярском экономическом форуме лесной сектор экономики региона представляли три крупных инвестиционных проекта

Доить, как в Финляндии, а кормить, как в России Доить, как в Финляндии, а кормить, как в России

Когда от слов об интенсификации ЛПК перейдет к делу?

«Мертвые души» проверят пофамильно «Мертвые души» проверят пофамильно

В подмосковном Пушкино «сверили часы» накануне пожароопасного сезона

Да помогут нам с неба Да помогут нам с неба

Карельские пожарные-десантники приступили к тренировкам

Это бомба Это бомба

Эксперты призывают жителей Приморья не паниковать из-за ядерных испытаний в Северной Корее

Кому работать? Кому работать?

СибГТУ знает, где взять «лесные» кадры для Сибири и Дальнего Востока

«Джамбори» вместо пожаров «Джамбори» вместо пожаров

Накануне пожароопасного сезона «Авиалесоохрана» стягивает здоровые гражданские силы

О пользе сравнений О пользе сравнений

Россия открыла для себя новые возможности в подготовке кадров благодаря международному образовательному процессу

День защитника, полузащитника и нападающего День защитника, полузащитника и нападающего

«Лесной спецназ» выиграл третий подряд турнир Рослесхоза по мини-футболу

Почем хлеб лесничего Почем хлеб лесничего

Под контролем у Анатолия Губина почти 100 тысяч гектаров лесного фонда

«И пинок браконьеру отвесил» «И пинок браконьеру отвесил»

Почему лесники пишут стихи?






© Российские лесные вести, 2010-2012



Редакция | Для СМИ | Подшивка новостей | Реклама


Создание и поддержка сайта -

При полном или частичном копировании материалов ссылка на оригинал обязательна! Копирование материалов без указания ссылки на источник запрещено!